You've killed me inside with the sharpest words of yours. It's cool! I am goin' now to hell! I loved you... by all my heart filled with tears and emptiness. You've killed my heart. Why??? Why have you done it??? Though I love you... You fool! me too. I wish you loved me... It's impossible... sorry for my being for you. I am dead... good-night, dear...
Больше всего на всем свете ненавижу свое умение предсказывать... Как же это больно знать, что еще неначавшееся будущее уже так обречено... И как можно с этим жить? Однажды все же - из вен навзрыд кровью... разревусь...
Больше всего ненавижу... постоянство... мягкое и крепкое... оно засасывает... льет... бьет... "тихо неслышно"... А ждать судьбы своей готов... хоть и времени нет... слишком нет времени...
Судьба не скоро - но скоро умирать... в одиночестве с горечью в твоих глазах... так смешно пишу... Вот черт...
Всё обречено... Все... Всё...
"Никогда...
этих слов... никому...
Этих снов... только ветер знает...
там где я буду навсегда... навсегда..."
Столь многие видят тебя,
Но всё же никто не видит тебя так, как я,
Ибо в тени твоего света,
Где-то там, далеко внизу, я сижу...
Я нуждаюсь в тебе, мне нужен твой свет,
Ибо я не могу в тени...
Ты не видишь меня, не знаешь меня,
Но всё же издали я люблю тебя.
Почитаю тебя, уважаю тебя,
Уповаю на тебя, жажду тебя,
Наполняю тебя, познаю тебя,
Сопровождаю тебя, превозношу тебя,
Не могу больше жить без тебя.
Это - утро следующего дня
И душа моя лежит опустошена...
Это - утро следующего дня,
Новый день настает, а мое время истекает...
Всё это я пишу тебе
И мог бы больше доверить бумаге...
Все страдания своей любви
Мог бы в словах тебе описать...
Но не жалобную весть
Должны нести эти строки,
А только "я люблю тебя" сказать...
Сегодня ночью ты получишь это,
И я молю - прочти...
В рассветных сумерках я жду тебя...
В ожидании твоего лучащегося света,
Мечтаю, что вскоре ты увидишь меня.
Завтра ты в тень приклонишь колено
И привлечешь меня к себе - в свет...
Это - утро следующего дня
И душа моя лежит опустошена...
Это - утро следующего дня,
Новый день настает, а мое время истекает...
Писалось под музыку: Lacrimosa Durch Nact und Flute
Запись от 09.06.08 09:10
A part LACRIMOSA
So - you - said - that
I - shall - try - to go on
I've seen your eyes
They shined like stars to me
And then I saw your soul
An empty hall
Kissing you was like
Kissing the past
I felt like giving in
I felt like
Being a part of something
Something I was always
Trying to achiev
I felt like
Being a part of something
Something that lasts
Something that lasts
I've seen your ways
They sometimes took me
By surprise
And then I saw your aim
A lurid lunatic
Touching you was like
Touching a flame
I felt like giving in
I felt like
Being a part of something
Something I was always
Trying to achiev
I felt like
Being a part of something
Something that lasts
Something that lasts
And I need love
Like I never needed before...
And I need love
Like I never needed before...
Вот уже третий день - без депрессии. Вкус жизни новый, честно красивый, мягкий, нежный, почти небесный, я не чувствую боли никакой. Только легкая усталость. Просто жару тяжело переношу. Три дня беззаботного практически бытия, существования, жизни, молчания и дыхания, слов и восхищений: небом, сердем, собой, Тобой, чьими-то словами, чьими-то поступками, взглядами на жизнь, взгялдами на меня. Я восхищаюсь восходом, ибо имею возможность зреть его... Восхищаюсь ветрами в волосах, запахами... нежностью и яростью солнца...
Я пылал. Я летал. Наконец-то полюбил чертов сигаретный дым. наконец-то принял себя. Вернулся к жизни. Ушел от боли. Вокруг были только ДРУЗЬЯ (За что им СПАСИБО). Вокруг не было темного. Музыка лилась во мне. Жизнь пылала во мне. Так ярко и вкусно.
(Этого ощущения всем желаю)
Но вчера я понял, тчо это не моё. Меня начинает ломать, если нет депрессии. А мазохизм стал болезнью, или более того, привычкой. Я не могу жить без депрессии, без слез, без бесчисленных сигарет каждое утро. Мне больно так. И эта боль не по вкусу мне... Я снова хочу крови. Много и сладко-метальной! Снова плакать... снова рыдать, снова болеть... Тобой... начать не доверять Тебе, ревновать Тебя, не имея на то особого права. Как же мне не хватает этого ощущения. Мир через розовые очки - не для меня. Однозначно.
Художник -- тот, кто создает прекрасное.
Раскрыть людям себя и скрыть художника -- вот к чему стремится
искусство.
Критик -- это тот, кто способен в новой форме или новыми средствами
передать свое впечатление от прекрасного.
Высшая, как и низшая, форма критики -- один из видов автобиографии.
Те, кто в прекрасном находят дурное, -- люди испорченные, и притом
испорченность не делает их привлекательными. Это большой грех.
Те, кто способны узреть в прекрасном его высокий смысл, -- люди
культурные. Они не безнадежны.
Но избранник -- тот, кто в прекрасном видит лишь одно: Красоту.
Нет книг нравственных или безнравственных. Есть книги хорошо написанные
или написанные плохо. Вот и все.
Ненависть девятнадцатого века к Реализму -- это ярость Калибана,
увидевшего себя в зеркале.
Ненависть девятнадцатого века к Романтизму -- это ярость Калибана, не
находящего в зеркале своего отражения.
Для художника нравственная жизнь человека -- лишь одна из тем его
творчества. Этика же искусствав совершенном при- менении несовершенных
средств.
Художник не стремится что-то доказывать. Доказать можно даже
неоспоримые истины.
Художник не моралист. Подобная склонность художника рождает
непростительную манерность стиля.
Не приписывайте художнику нездоровых тенденций: ему дозволено
изображать все.
Мысль и Слово для художника -- средства Искусства.
Порок и Добродетель -- материал для его творчества.
Если говорить о форме, -- прообразом всех искусств является искусство
музыканта. Если говорить о чувстве -- искусство актера.
Во всяком искусстве есть то, что лежит на поверхности, и символ.
Кто пытается проникнуть глубже поверхности, тот идет на риск.
И кто раскрывает символ, идет на риск.
В сущности, Искусство -- зеркало, отражающее того, кто в него
смотрится, а вовсе не жизнь.
Если произведение искусства вызывает споры, -- значит, в нем есть нечто
новое, сложное и значительное.
Пусть критики расходятся во мнениях, -- художник остается верен себе.
Можно простить человеку, который делает нечто полезное, если только он
этим не восторгается. Тому же, кто создает бесполезное, единственным
оправданием служит лишь страстная любовь к своему творению.
Всякое искусство совершенно бесполезно.
Оскар Уайльд (Предисловие к "Портрету Дориана Грея" )
так смешно пишу... Вот черт...
